90 лет Кировской области

Когда в Москве в Музее Пресни открылась выставка «Семь десятилетий в профессии архитектора Аркадия Половникова», немногие из гостей знали, что предки этого человека были родом из маленького уездного Нолинска. Города, где дома с каменными резными наличниками еще помнят цокот копыт по мощеной мостовой. Именно отсюда, из этих мест, начиналась история семейства, которая через гражданскую войну, репрессии, лагеря и полвека строительства Москвы выдала стране последовательно трех инженеров: деда и отца с дочерью.

Анна Аркадьевна Половникова, дочь архитектора и сама архитектор, уже на пенсии, но семейная память для нее - живое дело, которому можно и нужно служить. В марте прошлого года она написала письмо, из которого многое становится понятно не только о судьбе ее предков, но и о том, как работает память в русской семье: через обрывки, через догадки, через то, что не договорили.

 

Но теперь, благодаря архивам нолинских краеведов, картина становится четче. Половниковы - известная нолинская семья. Они - купеческий род, чей торговый дом возник еще в конце XVIII века. Вологодские «гости» Иван и Петр Михайловичи Половниковы пришли в Нолинск с кожевенным производством, купили первую гильдию, разбогатели на ярмарках и выстроили пышные хоромы из красного кирпича с опочной инкрустацией - дома, которые нолинчане до сих пор называют усадьбами.

Усадьба на Успенской площади долгое время была Домом детей, а на Нагорной - Дом детского творчества. Кирпич теплый, резной, с характерным узором. Когда Анна Аркадьевна писала свое письмо, она еще не знала, что прадед ее деда вел торговлю солью и пушниной, отправляя товары через Каменный пояс в Мангазею и вступая в торговые отношения с Китаем. Что в 1911 году в семье сыграли две богатые свадьбы в Николаевском соборе - с «обменом» невестами между родами Половниковых и Небогатиковых. Что прабабка родила двадцать детей, из которых выжило лишь девять.

Михаил Николаевич Половников, ее дед, родился в Нолинске в 1899 году в семье фабриканта. Его отец, Николай Иванович, владелец кожевенного завода, почетный гражданин города, земский гласный, член медицинского совета и попечитель женской гимназии (и это еще не все регалии), был человеком, от которого зависела половина нолинской экономики. В доме на Нагорной дети росли в строгости, с уважением к старшим, с обязательным высшим образованием. Двое старших сыновей, Николай и Сергей, закончили технологический факультет Казанского университета и помогали отцу на заводе. Герман стал адвокатом. Виталий - чертежником при архитектуре. Пантелеймон - лесничим. Ольга преподавала математику в гимназии. Клавдия вышла замуж и вела дом. А Михаил поехал учиться в Казань, а потом в Вятку, закончил Сибирский Технологический Институт и стал инженером-мостостроителем. Построил мост через Волгу в Костроме - по нему до сих пор ходят поезда, и пассажиры, глядя в окно из мчащегося поезда, даже не подозревают, что человек, создавший конструкцию, по которой они так легко преодолевают огромную реку, начинал свой жизненный путь в нолинском купеческом доме.

В семье сохранились старые фотографии и несколько документов, но о родителях Михаила Николаевича, о его братьях и сестрах Анна Аркадьевна до недавнего времени почти ничего не знала. Только одна фраза, переданная из уст в уста: гражданскую войну они не пережили. Теперь же, благодаря работе краеведа Р.М. Соловьевой, которая десять лет вела кропотливый поиск через розыск давно уехавших родственников (материалы бережно хранятся в музее истории и краеведения Нолинского района), стало известно, что «не пережили» - это мягко сказано. После конфискации имущества семья разбрелась по стране. Николай Иванович, боясь ареста, бросил родовое гнездо и уехал в неизвестном направлении. В дороге его ссадили с поезда - сыпной тиф. Он умер в тифозной больнице, и где его могила - никто не знает до сих пор. Старший сын Сергей, переехавший в Казань, был арестован как «враг народа», сослан на Камчатку и там расстрелян. Бориса постигла похожая участь. Родственники надеялись на то, что он жив, просто «осужден без права переписки», но его расстреляли вскоре после ареста. Ольга и Клавдия уехали жить в Москву. Пантелеймон умер молодым.

Не пережили. Два слова, за которыми – боль нескольких поколений. Гражданская война не вела бухгалтерии. Она просто забирала: молча, без объяснений, без свидетелей, без могил. О подвалах дома Половниковых до сих пор ходят легенды – подтверждение правды репрессий, о которых молчат архивы. Церковные документы, где регистрировались рождения и смерти, были уничтожены при закрытии храмов. Восстановить родословную удалось лишь благодаря упорству краеведов и воспоминаниям старожилов.

Михаил Николаевич, уцелев в гражданской войне, не пережил репрессий сороковых: в 1940 году его арестовали, и в 1942-м он умер в тюрьме.  Его сыну Аркадию тогда было двенадцать.

Двенадцать лет – возраст, когда мальчику очень нужен отец – пример и опора. И вдруг этой опоры внезапно не стало. Аркадий Михайлович Половников, родившийся в 1928 году, вырос без папы. Им с матерью, лишившимся кормильца, пришлось выживать во время войны да еще с клеймом «семьи врага народа». Но они справились. Война закончилась, а Аркадий стал архитектором. И не просто архитектором, а тем, кто семь десятилетий строил Москву, отдавая дань всем сменяющим друг друга стилям: от сталинской неоклассики, хрущевско-брежневского модернизма, лужковского постмодернизма и наконец, футуристическим проектам будущего освоения Сибири.

Как это вообще возможно? Связано ли это с особенностями архитектурного образования в сталинскую эпоху, или с личным взглядом на профессию – трудно сказать. Но факт остается фактом: таких людей единицы. И один из них – сын нолинского инженера-мостовика, внук купца-фабриканта.

Его дочь, Анна Аркадьевна, тоже пошла в архитектуру. Семейная профессия, как семейное дело. Именно Анна Аркадьевна готовила выставку в Центральном доме архитекторов пару лет назад, а в начале июля нынешнего года экспозиция переехала в Музей Пресни.

Музей Пресни – целый комплекс, где деревянные домики середины XIX века соседствуют с новым двухэтажным корпусом семидесятых. Само здание – пример качественной архитектуры советского периода.

Выставка занимает несколько залов старинного особняка, связанного с основным корпусом музея. Десять разделов - от «Начало: первые стройки» до «Футурологии», где висят рисунки-фантазии о будущих городах за Уралом. Рядом - графические работы на архитектурную тематику: эскизы спортивного корпуса Дворца пионеров на Воробьевых горах, городские пейзажи Сокольников и Пресни, где архитектор прожил долгие годы.

На выставке побывал представитель Нолинского музея истории и краеведения Виктор Шураков. Он поделился:

- Анна Аркадьевна, стоя у стендов, рассказывала гостям не только о проектах отца, но и о том, зачем вообще эта выставка нужна сейчас. Она мечтает, чтобы пешеходный бульвар между Зоологической и Большой Грузинской улицами, выросший в ходе строительства жилого комплекса в 1993-2003 годах, получил имя своего создателя. Пока бульвар безымянный, на нем нет ни городской навигации, ни малых архитектурных форм, ни монументального искусства, чем принято обычно украшать городские пространства… Я верю: если люди будут больше знать об архитекторах, как они жили и творили, сколько сил тратили на те преобразования, которые сейчас воспринимаются в порядке вещей, они будут по-другому смотреть на город, больше ценить созданное предыдущими поколениями зодчих, и, занимаясь совершенствованием московских районов, будут беречь городскую самобытность!

  В Нолинском музее истории и краеведения о выставке в Москве знают. И гордятся тем, что наша земля дала России человека, построившего мост через Волгу. Что сын нашей малой родины семьдесят лет проектировал столицу. И что его внучка теперь бережет эту память, устраивая выставки. Для краеведческого музея в небольшом городе такая связь - событие. Не каждый день выясняется, что корни известного архитектора растут из твоей почвы.

Мы гордимся тем, что из нашего уездного городка, где в 1899 году родился Михаил Николаевич Половников, вышла целая династия инженеров и архитекторов. Гордимся тем, что память о нолинском происхождении сохраняется, что внучка деда-нолинчанина готовит выставки в Москве и пишет письма с просьбой помочь восстановить родословную.

Между Нолинском и Москвой - тысяча километров, сто лет и три поколения. Между фотографией деда и эскизом сибирского города будущего - одна рука и одна линия. Аркадий Половников умер в 2021 году, в девяносто два года. Он успел увидеть, как Москва меняется, как вырастают новые кварталы. Он успел нарисовать города, которых еще нет, и передать дочери то, что та теперь передает нам: профессия архитектора - не про стены. Она про память. Про то, как человек оставляет след в пространстве, которое переживет его самого.

Выставка «Семь десятилетий в профессии архитектора Аркадия Половникова» открыта в Музее Пресни в Большом Предтеченском переулке. Прийти можно в любой день - посмотреть на эскизы, на фотографии, на чертежи, на портреты. И, может быть, вспомнить, что за каждым великим московским проектом стоит человек, а за каждым человеком - целая история. Начавшаяся в том числе и в Нолинске.

В качестве послесловия

За время подготовки этого материала сотрудники музея не единожды созванивались с Анной Аркадьевной. Тем для разговоров было много, но каждый раз, прощаясь, Анна Аркадьевна говорила: «Хочу приехать в Нолинск и увидеть тот город, в котором начинался род Половниковых». И мы с нетерпением будем ждать эту встречу!

Наталия Сунцова,

директор Музея истории и краеведения Нолинского района.

Фото из семейного архива А.А. Половиниковой